Непродуманный голландский эксперимент с наркотиками-3 | Med-Read
Home » Наркология » Непродуманный голландский эксперимент с наркотиками-3
Непродуманный голландский эксперимент с наркотиками-3

Непродуманный голландский эксперимент с наркотиками-3

СОВМЕСТНОЕ ПРЕДПРИЯТИЕ ХЕНДРИКА И ПИТЕРА

Во время бума голландских кафе, пришедшегося на период с 1984 по 1996, уровень потребления марихуаны среди голландской молодежи в возрасте от 18 до 25 лет зашкалил за 200%. В 1997 году наблюдалось 25 %-ое увеличение числа зарегистрированных курильщиков конопли, получающих медицинскую помощь из-за своего пристрастия к этому зелью, при 3 % в случаях с алкогольной зависимостью. В 1995 году Министерство общественных правовых исследований подсчитало, что от 700 тысяч до 750 тысяч из 15-миллионного населения Голландии, то есть около 5% населения, являются постоянными курильщиками конопли. Согласно же только что проведенному исследованию профессора Питера Кохена из университета Амстердама, только от 325 тысяч до 350 тысяч голландских мужчин и женщин являются постоянными курильщиками конопли. Однако, к сожалению, его исследование показало, что эти курильщики в основной своей массе – молодежь из густо населенных районов Амстердама, Утрехта и Роттердама. За последние 3-4 года в этих же районах зафиксирован небывалый рост малолетней преступности. Число молодых людей, причастных к актам насилия, ассоциируется у многих голландских офицеров полиции с употреблением “мягких” наркотиков. С завидной прямотой комиссар полиции Амстердама Елле Купер заявил более 18 месяцев назад: ” До тех пор, пока наши политики будут продолжать делать вид, что мягкие наркотики не вызывают привыкания, мы каждый день будем сталкиваться с проблемами, которые официально не существуют. Мы знаем о большом количестве молодежи, находящейся в сильнейшей зависимости от мягких наркотиков, и обо всех связанных с этим последствиях.” Спустя несколько месяцев его коллега из Гааги, фактической столицы Голландии, вторит этой точке зрения: “65% наблюдаемого постоянного роста преступности приходится на подростков, и прежде всего – на малолетних наркоманов.”

Как соотнести этот рост с воздействием излюбленной травки голландской молодежи – Недервитом? На этот вопрос не легко ответить. При этом поражает бум в производстве Недервита. Когда в 1979 году стали открываться знаменитые кафе, Недервита, по понятным причинам, еще не было в природе. Сегодня же, согласно голландскому “гуру травки”, профессору Адриану Янсену из экономического факультета Амстердамского университета, годовой урожай Недервита составляет примерно 100 тонн, выращенный практически нелегально. Причем, он не остается в Нидерландах. Примерно 65 тонн зелья экспортируется “также нелегально” соседям Голландии. В настоящее время Голландия, наряду с Марокко, является основным источником поставки европейской марихуаны. По подсчетам голландского Министерства юстиции, в индустрии Недервита занято 20 тысяч человек. Общий коммерческий оборот данной индустрии, включающий в себя не только выращивание и продажу самой травы, но и экспорт элитных семян Недервита в Европу и Соединенные Штаты,составляет 20 млрд голландских гульденов, или около 10 млрд долларов – фактически нелегально и без уплаты каких-либо налогов в голландскую казну. Нелегальный экспорт конопли приносит сегодня гораздо больший доход, чем другое традиционно голландское растение – тюльпаны.

Янсен считает, что урожай этого зелья – прямой результат голландской политики в отношении наркотиков – собирается от 25 до 30 тысячами малыми и средними производителями, большинство из которых выращивают свою травку у себя дома, в гараже, в подвале или на заднем дворе. По голландским законам, каждый может владеть пятью растениями для личного пользования. На самом же деле, все эти растениеводы выращивают гораздо больше, потому что, по словам одного американского полицейского из отдела по борьбе с наркотиками в Гааге, “прибыли от выращивания Недервита огромны, они не идут ни в какое сравнение с тем риском, которому подвергаются новоявленные “садоводы”.

Один из них — улыбчивый человек, назовем его Хендрик проживающий в квартале Спанген города Роттердама. Он объяснил, что начинать надо с рассады, взятой от женской особи. Если начинать с семян, то, пока они не вырастут, невозможно будет определить, к какой особи они относятся. Конопля растет быстро: Хендрик снимает четыре урожая в год в своем гараже. Залогом его успеха являются мощные лампы с 1000-ваттными батарейками Филипс, установленные под потолком. Он держит свои растения на свету 18 часов в сутки. При этом лампочки прикреплены к специальному шкиву, что позволяет регулировать их высоту по мере роста растений.

Счета за электричество? У Хендрика их нет. Он подключается к сети электричества Роттердама нелегально, также как и большинство из сотен подобных садоводов в городе. Единственным риском во всем этом деле является запах, который может насторожить проходящего мимо полицейского или соседей. На этот случай Хендрик обзавелся парой углеродных воздухоочистителей.

Когда семена созревают, Хендрик помещает их в пластиковые бутербродницы и оставляет их сушиться в темной кладовке. Потом он продает их своему дилеру, назовем его Питером, по цене от 4-5 тысяч гульденов за килограмм. Хендрик подсчитал, что его “cад” в 40 кв. м дает ему в год 35 кг травы, принося выручку примерно в 120 тысяч гульденов (около 60 тысяч долларов) после вычета всех расходов. Не плохой побочный заработок.

Куда же уходит урожай? Прямиком в Великобританию. Питер раньше промышлял контрабандой марокканского гашиша в Голландию и Британию, но это в прошлом. Сегодня голландцы не жалуют марокканский гашиш в своих кафе. Рынок наводнен наркотиками. Чтобы заработать хорошие деньги, Питер сделал ставку на Англию. “Если бы три года назад, — говорит Питер, — меня спросили, могу ли я достать 3000 кг Недервита, я бы рассмеялся. Сегодня это обычное дело. Чтобы переправить свой “товар”, он помещает его в вакуумную упаковку и прячет в грузовиках, перевозящих химикаты. Ни одна собака не учует их, а британские таможенники, — говорит он, — “не любят возиться с химикатами”. 99% из 100, что тебя не поймают”.

Для Питера и Хендрика риск их деятельности минимален. Яап Делееув, помощник комиссара полиции Роттердама, человек компетентный, говорит, что полиция арестовывает таких любителей-садоводов, как Хендрик, каждые 2-3 дня. Аресты эти в большинстве своем производятся из-за жалоб соседей на запах конопли, а не из-за агрессивной тактики полиции. Сколько же может получить садовод, вроде Хендрика? Он пожимает плечами. Ответа практически нет. Что же касается дилера Питера, самое большее, что он может получить за нелегальный вывоз конопли из страны – 4 года; но скорее всего, он получит 2 года с отбыванием в тюрьме 1 года.

Голландская полиция действительно пытается прижать крупных производителей, но и здесь приговоры не являются сдерживающим фактором. Недавний рейд в городке Хульст недалеко от голландско-бельгийской границы выявил 30 000 растений марихуаны в трех отлично оборудованных теплицах. Если повезет, то трое голландцев и один бельгиец, арестованные при этом, получат максимум четыре года за преступление, связанное с незаконным хранением наркотиков. Четыре года за деятельность, приносящую им прибыль свыше 1 миллиона долларов в год!

Единственной областью, не охваченной вниманием голландской полиции, является процветающая индустрия “домашнего садоводства” – магазины, чья задача состоит в том, чтобы помочь своим клиентам научиться выращивать коноплю. И все это совершенно легально, конечно, при условии, что покупателями являются не иностранцы, хотя фактически, оно никем не соблюдается. Существует приблизительно 200 подобных магазинов с названиями типа “Зеленый луг”, “Растение 2000”, “Зеленая стрелка” и “Домашнее садоводство”. Войдите в любой из них, и любезный персонал предоставит вам полную информацию о том, как вырастить коноплю в вашем гараже или на заднем дворе – от справочников, удобрений и средств от вредителей до оптимальных ламп и т.п. Они подскажут вам, какие семена – К-2, Б-52, Белая Вдова, Черная Доминанта – гарантированно произведут коноплю с содержанием ТГК, способным сбить вас с ног. Эти магазины не дешевы, но в качестве заключительного жеста дружелюбный владелец магазина, возможно, подарит вам специальный маркер с тайником для семян, который не сможет обнаружить самый дотошный таможенник в мире.

АГОНИЯ И ЭКСТАЗИ

В 1970-х годах сторонники либеральной голландской политики в отношении наркотиков доказывали, что снабжение курильщиков конопли продукцией из кафе ликвидирует их зависимость от криминальных элементов. В то же время они будут изолированы от потребителей сильных наркотиков, образуя свой собственный круг общения. Мелкая преступность отомрет, а потребление сильнодействующих наркотиков сократится за счет того, что молодежи будет предложена более привлекательная альтернатива.

Но так обстояли дела в теории. К сожалению, на деле это не сработало. Отчет за 1997 год по употреблению сильнодействующих наркотиков в Нидерландах, составленный правительственным институтом “Тримбос”, свидетельствует, что “употребление наркотиков является первопричиной всех преступлений против собственности” — и это спустя 23 года после того, как голландская полиция должна была бы положить конец подобной ситуации.

Более того, отчет “Тримбоса” обозначил количество потребителей героина в Голландии числом 25 000 – цифрой настолько незначительной, что оппоненты правительства назвали данный отчет “поддержкой официальной политики, а не отражением реальности.” Скептики отмечают, что подобная статистика базируется на количестве потребителей героина, которые хотя бы раз входили в контакт с представителями государственных правовых или социальных служб. Реальнее же, по их утверждениям, цифра в 35 000.

Но даже если считать верными цифры, приведенные в отчете института “Тримбас”, то они отражают почти троекратное увеличение числа голландских наркоманов с момента принятия страной либеральной политики в отношении наркотиков. Они также означают, что в Голландии вдвое больше потребителей героина на душу населения, чем в Великобритании, известной в Европе своей удручающей ситуацией с потреблением героина. Более того, число “героинщиков”, прошедших лечение по программам с использованием метадона, финансируемых Министерством здравоохранения, увеличилось с 6.511 человек в 1988 году до 9.838 в 1997 году, т.е. почти на 50%. Едва ли это является показателем снижения потребления героина после введения закона о специализированных кафе.

Голландские сторонники своей либеральной политики в отношении мягких наркотиков возражают, говоря, что курильщики конопли не обязательно становятся потребителями сильно действующих наркотиков. И они правы. Не существует никакой обоснованной психологической предпосылки перехода из разряда курильщиков конопли в потребителей героина. Вовсе не обязательно переходить от курения конопли к более сильным наркотикам. Но во Франции, например, 80% “героинщиков” также являются потребителями марихуаны или гашиша. Господин Коопман из реабилитационного центра “Надежда” утверждает, что более 90% из числа проходивших лечение в его институте потребителей героина развили свои пагубные привычки, начав с обычного курения травки.

Продажа сильнодействующих наркотиков в специализированных кафе была строго запрещена законом, породившим им. Правило это свято чтилось, но только в смысле его нарушения, а не соблюдения. Мишель Буше, в настоящее время чиновник Министерства внутренних дел Франции, но в недавнем прошлом – глава парижского подразделения по борьбе с наркотиками, регулярно направлял своих секретных агентов в Голландию с целью выявления продажи сильнодействующих наркотиков в специализированных кафе. И почти постоянно они подтверждали эти факты.

В 1995 году голландское Министерство иностранных дел, здравоохранения, культуры и спорта, юстиции и внутренних дел, признав данную проблему, выпустили документ, значительно сокращающий число специализированных кафе и норму продажи продуктов переработки конопли в одни руки с 30 до 5 грамм. Этот жест приветствовался многими полицейскими вроде господина Делееува из Роттердама, признающего, что теперь ему легче будет следить за 65 городскими кафе, чем за более сотней существовавших в городе три года назад. Но он, как и некоторые его коллеги, отмечают наличие “хороших” и “плохих” кафе. Последние все чаще находятся в руках не голландских, а марокканских или восточноевропейских владельцев, которые не настроены строго придерживаться правил содержания подобных кафе.

Так ли это важно? Ведь достать сильнодействующие наркотики в Голландии – дело плевое. Выйдите из современной аккуратно убранной станции метро Маркониплен в Роттердаме. Перейдите трамвайные пути “Европойнт” и спускайтесь вниз по грязному склону, пройдите мимо ржавых детских качелей и горок – детей здесь не бывает – по направлению к кварталу облупившихся кирпичных зданий, окна половины из которых забиты досками. Это Rhijnvis Feithstrat в районе Спанген. Несколько лет назад это был беспокойный, но респектабельный квартал среднего класса. Сегодня большинство его обитателей торгуют на этой улице крэком, кокаином, героином и экстази. Торговец наблюдают за вами из-за легких занавесок, а его подручный проверяет вас, прежде чем вы войдете внутрь.

Полиция подсчитала, что существует около 200 таких домов, действующих в Роттердаме в любое время суток в полузаброшенных зданиях подобного типа. Дилеры сдают их в субаренду через цепочку субарендаторов, тщательно скрывающих имена настоящих владельцев. Они снимают комнату примерно за 200 гульденов в день, платя наличными. Вы можете купить первоклассный героин в таких комнатах за 80 гульденов за грамм, втрое дешевле, чем где-либо в Европе. Кокаин идет немного дороже.

Полиции известны подобные дома и она проводит политику псевдотерпимости по отношению к ним, иногда беспокоя их обитателей в случаях жалоб со стороны соседей. Дилеры поняли это. Поэтому их золотое правило гласит: “Не беспокой соседей, и полиция не побеспокоит тебя”. Если соседям нужна помощь в перестановке тяжелой мебели, дилеры охотно предложат свои руки. У кого-то день рождения? Посылают им цветы.

Большинство из клиентов дилеров – местные наркоманы. Однако, на шоссе, ведущем из Голландии в Бельгию, действуют около 500 “проводников”, задача которых состоит в том, чтобы привести вероятных покупателей (машины с иностранными номерами) к домам, где продаются наркотики. Палец, прижатый к ноздре, означает: есть кокаин. А ладонь на губах – есть экстази.

Роттердам обладает еще одним феноменом: полдюжины заброшенных многоквартирных домов, в которых проживают от 30 до 40 наркоманов. Каждый дом закреплен за своим дилером, который приходит туда днем, продавая его обитателям их дозы. Дома были построены женщиной преклонных лет по имени Нора Сторм, президентом городского профсоюза наркоманов “Убежище Наркомана”. Обитатели ее домов одевают по утрам желтую спецодежду и моют городские улицы за 50 гульденов (около 25$) в день – сумма, достаточная для того, чтобы они держались за эту работу. Сторм надеется, что обычная обстановка и привычка к работе заставит некоторых наркоманов отказаться от пагубного пристрастия. Полиция знает, на каких домах стоит Печать Одобрения и закрывает глаза на продажу наркотиков в их стенах. Отказался ли кто-нибудь из ее питомцев от наркотиков? Cторм признает, что не многие. Но все-таки есть и такие…

Гуляя в Амстердаме по задворкам Центрального вокзала, вы по ступенькам спуститесь в метро или к аллеям в районе Красных Фонарей, где девушки украшают собой витрины. Вам не надо искать наркоторговцев. Они сами найдут вас. 500 или 1000 таблеток экстази? Нет проблем. А можно по 10 гульденом за пилюлю? Наличными? Здесь? Через час? Слишком много? А как насчет 8 гульденов?

Что касается Роттердама, то максимальный срок, который светит уличному дилеру, и только после пары неоспоримых улик и доказательств, что он обслужил больше дюжины клиентов, всего 2 года. Просто это не в иинтересах голландской полиции устранить мелких уличных торговцев наркотиками. Люди типа мэра Нью-Йорка Рудольфа У. Джулиани могут поспорить, с убедительными данными статистики на руках, что для победы над наркоманией нужно начать именно с уличных торговцев, которые подпитывают привычки наркоманов. Но голландские либералы возражают: если бы полиция была заинтересована в этом, где бы наркоманы брали свое зелье?

У полиции Роттердама есть еще одно оправдание закрывать глаза на существование в городе наркопритонов при отсутствии жалоб соседей. 5 лет назад дилеры и их клиенты околачивались в центре города, создавая головную боль для властей и формируя негативный имидж Роттердама в глазах тысяч иностранцев, приезжающих по делам службы в этот известный на весь мир морской порт. Проще загнать дилеров на городские окраины, куда заглядывают лишь те иностранцы, которые и приехали сюда за покупкой наркотиков. Роттердамский гамбит – классический пример голландского “уменьшения зла”, хотя, как это часто случается, уменьшаемое зло относится не к наркоману, как к таковому, а к его окружению.

Некоторые европейские сторонники либерализации статей законов, касающихся наркотиков, такие как лейборист Пол Флинн, член Британского парламента из Уэлса, утверждает, что разрешив голландской молодежи свободно покупать коноплю, голландцы уберегли своих детей от героина. И действительно, в Голландии, как и в большинстве европейских стран, контингент наркоманов, потребляющих героин, стареет. С другой стороны, привыкание к героину происходит медленно; молодому человеку, начавшему употреблять его в 19 лет, понадобится

4 -5 лет для того, чтобы почувствовать зависимость и, как следствие, начать искать помощи.

Но господин Коопман из реабилитационного центра в Дордехте говорит, что 40% из 250 наркоманов, ожидающих лечения в его учреждении, моложе 25 лет. Получить объективный ответ на вопрос, что же происходит с молодежью Голландии, можно, поговорив с молодыми наркоманами в роттердамской штаб-квартире организации госпожи Сторм “Убежище Наркомана ”. Картина, возникающая при этом, поразительно напоминает положение молодых наркоманов в остальной Европе.

“Дети сейчас пробуют все, — говорит 32-летний Домини, курящий героин с 15 лет. – Когда я начинал, был один только героин. Сейчас это кока, конопля, экстази, спид, затяжка героина для того, чтобы успокоиться, когда совсем невмоготу.”

Сегодня настоящей бедой в Голландии, как и во всей Европе, является стремительное распространение наркотиков в таблетках. При этом Голландии принадлежит ведущая роль в производстве и продаже экстази и амфетаминов. К сожалению, не многое известно о последствиях долгосрочного потребления экстази. До сих пор лучшей считается работа, опубликованная в октябре 1998 года в британском медицинском журнале “Ланцет”. Исследование было проведено биолого-психиатрическим отделом Национального Института психического здоровья города Бетезда, штат Мериленд. Хотя исследование проводилось на небольшой группе людей, оно выявило следующее: длительное регулярное употребление экстази может вызвать необратимое повреждение серотониновых рецепторов головного мозга. Последствием чего может стать хроническая депрессия у сегодняшних потребителей экстази, которая развивается постепенно.

“Я очень обеспокоен влиянием экстази”, — признается Др. Валленберг, директор клиники “Еллинек”. Мы должны быть на чеку с наркотиком, способным вызывать долговременные нарушения функций головного мозга, а экстази как раз из них. С нашим толерантным отношением мы здесь просто не хотим замечать риска до тех пор, пока экстази не распространится повсеместно, словно вирус”.

Еще один человек, обеспокоенный проблемой экстази, — Премьер-министр Нидерландов Уилем Кок, который в 1996 году поднял эту проблему, поручив своему министру юстиции “показать нашим европейским соседям, что мы считаем проблему с экстази серьезной, и собираемся как-то ее решать.” Результатом явилось создание в 1997 году межрегионального полицейского отряда, Союза борьбы против синтетических наркотиков (ССН), насчитывающего 60 офицеров полиции в 3 подотделах – один для создания базы данных и сотрудничества с другими отделами полиции, другой – для выявления лабораторий по производству таблеток и третий – для работы с исходным химическим сырьем и оборудованием для производства пилюль.

Их работа не легка. “Лаборатория” по производству экстази может спокойно разместиться в кухне какой-нибудь фермы, оборудованной промышленным миксером, несколькими баллонами бутана и парой бочек химикатов. Некоторые из таких лабораторий “стоят” всего 5 000 долларов. Но полиция арестовывала производителей экстази с оборудованием и на 500 000 долларов. Директор ССН, Питер Реийндерс, считает, что средняя лаборатория выпускает 50 000 таблеток в неделю, по цене меньше чем гульден за таблетку (около 50 центов). Поскольку эти пилюли -размером с таблетку аспирина, с отпечатанным логотипом наподобие плейбоевских зайчиков, в виде молнии или знаков зодиака – на манхеттенской дискотеке можно продать не меньше чем за 40 долларов, потенциальные прибыли от подобной торговли колоссальны. 3 года назад в США фактически не конфисковывались таблетки экстази голландского производства. Но с 1998 года случаи конфискации этого товара были отмечены во Флориде, Тампе, Остине, Техасе и Нью-Йорке. Большинство таблеток было куплено молодыми американскими туристами, желающими заработать на летних каникулах контрабандой нескольких сотен таблеток, провезя их на родину в своем багаже.

За время своего существования ССН закрыло около 20 лабораторий. Министерство здравоохранения Голландии, центр национального нарколобби, пожаловалось министерству юстиции на успешную работу отряда с тем, что Реийндер, смеясь, называет “типичным голландским движением”. Криминальные элементы были вынуждены использовать нестандартный, низкого качества, материал в производимых ими таблетках, — посетовал министр здравоохранения. Их ответом стала чрезвычайно спорная программа проверки потребляемого экстази и амфетаминовых таблеток на чистоту ингредиентов. И если они оказывались “чистыми”, то возвращались их владельцам с квазиофициальным одобрением на их применение, даже несмотря на то, что их употребление является незаконным. Никто не знает пока, вызывают ли они долговременное нарушение свойств головного мозга у их потребителей. “Опять взгляд сквозь пальцы”, — вздыхает др. Карел Гуннинг из голландского Комитета предотвращения преступлений, связанных с наркотиками. Но молодых завсегдатаев голландских дискотек это не очень беспокоит. Исследования университета города Лейдена показали, что 77% посетителей танцевальных вечеринок никогда или редко не тестировали свои таблетки.

Во всяком случае, новый голландский феномен, связанный с наркотиками, Смарт Шоп готов помочь любому молодому американскому туристу без проблем перевезти партию таблеток экстази на родину. Более 150 Смарт Шопов открылось за последние 2-3 года, продавая парафернальные, галлюциногенные и психоделические наркотики типа пейота и Paddestoelen (голландские грибы), находящиеся на грани легальности. В большинстве этих магазинов, как например, по адресу Oudehoogstraat, 19, недалеко от амстердамского района Красных Фонарей, есть кабинеты, где продается то, что на первый взгляд кажется баночкой из-под геля для бритья Faberge или спрей-деодорантом, мылом Campbell или пивом Heineken.

Что, парень, хочешь увезти 500 таблеток экстази домой? – спрашивает улыбчивый владелец, беря в руки флакон спрей-деодоранта Faberge Brut. Он отвинчивает дно: никакого деодоранта там нет. Там пустота. “Все просто, — говорит он, — Положи их сюда и никто никогда их не найдет”.

“Я не стал бы гордится тем, что наши соседи считают нас наркогосударством, — сетует Др. Буннинг из министерства здравоохранения, — Мы не хотим, чтобы к нам приезжали люди только для того, чтобы поглазеть на девиц в витринах и одуреть от наркотиков. У нас есть культура и история, которыми мы гордимся.”

Он вздыхает. “С наркотиками мы пребываем в царстве теории. Не существует простого решения этой проблемы. Ни у одной нации, ни в США, ни в Англии, нет ответа. Но наше, голландское, решение проблемы также не назовешь идеальным”.

Comments are closed.

Scroll To Top